Камчатка

В Питере на улице Блохина, в самом обычном с виду дворе, стоит ничем не примечательная угольная котельная. Днём сюда почти никто не заходит, а вот вечером тут собираются люди с гитарами, фотографируются на фоне кирпичных стен и поют «Перемен!». Потому что это не просто котельная, а «Камчатка» — место, где в конце 1980-х работал кочегаром сам Виктор Цой.

Цой и его приятель Сергей Фирсов устроились сюда осенью 1986 года — оба на должность кочегаров. Работа была спокойная, смена длинная, а компания подобралась звёздная: тут же подкидывали уголь в топку Александр Башлачёв, Святослав Задерий, Андрей Машнин. Из-за того, что котельная стояла обособленно, здесь устраивали неофициальные концерты — так что «Камчатка» быстро стала своим, почти подпольным клубом для всего ленинградского рока. В 1987-м тут даже снимали фильм Алексея Учителя «Рок», и Цой, подкидывая уголь, сказал в камеру фразу, которая теперь гуляет по цитатникам: «Я просто чувствую себя свободным. Совершенно свободным».

Кстати, название появилось раньше самой котельной: песня «Камчатка» вышла ещё в 1983 году на альбоме «46». Цой потом объяснял, что слово это для него — чистая фонетика, абсурд и фантастика, а не конкретный адрес. Ирония в том, что через три года жизнь сама привела его работать в место с таким именем.

После смерти музыканта котельная превратилась в точку паломничества — сюда до сих пор едут поклонники со всей страны, оставляют надписи на стенах и цветы. Сегодня это клуб-музей, которым руководит всё тот же Сергей Фирсов. Внутри хранятся личные вещи Цоя, включая гитару, купленную им ещё в 1970-х, а по вечерам тут по-прежнему играют рок-группы. Здание аварийное и несколько раз чуть не шло под снос — в 2006-м дом хотели отдать под гостиницу, в 2013-м снова заговорили о сносе, но общественность и обещания властей музей отстояли. Так что пока «Камчатка» стоит — и продолжает быть не музеем в привычном смысле, а живым местом, где русский рок всё ещё звучит.