Церковь Во имя Всех Святых при Донском архиерейском загородном доме

Церковь Во имя Всех Святых при Донском архиерейском загородном доме

Представьте себе загородную дачу, подаренную архиерею самим сыном легендарного атамана Платова. Именно так и появилось это место: в конце 1860-х Иван Матвеевич Платов передал свою фамильную усадьбу в селении Мишкино архиепископу Донскому и Новочеркасскому Платону. Здесь были сад, дом и хозяйственные постройки, а сама дача стала называться архиерейской.

Церковь Во имя Всех Святых при Донском архиерейском загородном доме, фото 2

Владыка Платон задумал устроить тут тихое пристанище для отдыха и молитв священнослужителей и монахов. На месте бывшей цветочной оранжереи Платовых, неподалёку от железной дороги, где уже стояла Рождество-Богородицкая церковь, он создал новый храм во имя Всех Святых. Освятили его 8 сентября 1874 года. Храм разместился в двухэтажном кирпичном доме, выкрашенном в голубой цвет: посередине на возвышении висели три колокола, а на крыше сияли два позолоченных креста.

Церковь Во имя Всех Святых при Донском архиерейском загородном доме, фото 3

Внутри здание делилось на две половины. В одной был храм на 300 прихожан с притвором, ризницей, пономарней и коридором, а иконостас украшали иконы с позолоченной резьбой — над царскими вратами находился образ Всех Святых. В храме хранились дары самого архиепископа Платона: сребропозлащённый напрестольный крест и такой же потир со всеми принадлежностями, большое евангелие от Вознесенского кафедрального собора, малое евангелие от Александровской церкви. Другую половину дома занимали монахи: на двух этажах были устроены небольшие кельи, разделённые коридором с внутренней лестницей. Здесь же находились церковные хоры и библиотека. Всё это было устроено силами владыки Платона на средства прихожан.

После Октябрьской революции храм постепенно разрушался. В 1920-х годах на его месте разместили Труддом, а в 1960-х на месте Труддома возвели ныне действующее здание психбольницы. Так что сегодня о некогда голубом храме с позолоченными крестами напоминают лишь архивные документы и воспоминания — сам он, увы, утрачен.